"Охридский пролог" святителя Николая Сербского: 27 (14) января

В начало

Дата:
Праздник:

Неделя:
Пост:
День памяти святых:
Апостольские и Евангельские чтения дня:
подписка на новости сайта - просто введите Ваш email:
на указанную почту поступит письмо для подтверждения подписки (проверяйте папку "спам" - письмо может попасть и туда)

богословские курсы ВКонтакте

Перейти в календарь

охридский пролог святитель Николай Сербский

1. Святитель Савва, архиепископ Сербский.

в РПЦ святой чествуется 25 (12) января

     Сын Стефана Немани, великого жупана сербского. Родился в 1169 году. С юных лет жаждал духовной жизни, отчего и убежал на Святую Гору, где принял монашеский постриг и с редким усердием исполнял весь подвижнический устав. Неманя, последуя примеру сына, сам приходит на Святую Гору, где принимает постриг и оканчивает свои дни монахом Симеоном. Св. Савва добился от [константинопольского] императора и патриарха независимости Сербской Церкви и стал первым сербским архиепископом. Вместе с отцом построил монастырь Хиландар, а затем и многие другие обители, храмы и школы на сербской земле. Дважды ездил в Святую Землю на поклонение святыням. Мирил своих братьев, ссорившихся из-за власти, примирял сербов с их соседями и, созидая Сербскую Церковь, создавал тем самым Сербское государство и культуру. Вносил мир и согласие в среду балканских народов, трудясь на благо всех, за что любили его и уважали все жители Балкан. В сербский народ вложил он христианскую душу, которая не погибла после гибели Сербского государства. Скончался в Тырнове [в Болгарии. - Ред.] в правление царя Асеня, разболевшись после богослужения на Богоявление 12 января 1236 года. Король Владислав перенес его тело в Милешево. 27 апреля 1595 года взял его оттуда Синан-паша и сжег на Врачаре в Белграде.

(Прим. - Ред.) Наследие святителя Саввы Сербского живет в православном Церковном предании славянских народов. С его именем связано первое введение Иерусалимского Устава в славянских иноческих обителях, по Типику святого Саввы доныне живет Сербский Хилендарский монастырь на Афоне. Принадлежащая святителю редакция Кормчей книги с толкованиями Алексия Аристина стала наиболее распространенной в Русской Церкви. В 1270 году митрополиту Киевскому Кириллу был прислан из Болгарии первый список Кормчей святого Саввы. С него была списана одна из древнейших русских Кормчих - Рязанская Кормчая 1284 года. Она, в свою очередь, легла в основу печатной Кормчей, изданной в 1653 году и неизменно с тех пор переиздававшейся в Русской Церкви. Таков вклад святителя Саввы в каноническую сокровищницу Православия.

2. Преподобные отцы в Синае и Раифе избиенные.

     Преподобные отцы, в Синае и Раифе избиенные, подвизались в обителях и пещерах горы Синайской, где были даны Богом через Моисея десять заповедей, и близкой к ней пустыни Раифы (на берегу Красного моря) и пострадали от сарацин и влеммиан, кочевых арабских племен. Первое избиение произошло около 312 года. Оно было описано Аммонием, египетским иноком, очевидцем гибели 40 святых отцов Синайских. В это же время арабы избили 39 отцов в Раифе. Вторичное избиение совершено через сто лет и описано также очевидцем, чудом избежавшим гибели, преподобным Нилом Постником (память 12 ноября).

     Синайские и раифские подвижники проводили особо строгую жизнь - всю неделю они пребывали в келлиях в молчании, в субботу собирались на всенощное бдение и в воскресенье причащались Святых Таин. Питались только финиками и водой. Многие из пустынников прославились даром чудотворения - старцы Моисей, Иосиф и другие. По именам в службе преподобным отцам упоминаются Исаия, Савва, Моисей, ученик его Моисей, Иеремия, Павел, Адам, Сергий, Домн, Прокл, Ипатий, Исаак, Макарий, Марк, Вениамин, Евсевий и Илия.

(Прим. - Ред.) Сарацины - жители Аравии. Первоначально этим именем называлось кочующее разбойническое племя, а затем христианские писатели перенесли это название на всех арабов и мусульман вообще.
Влеммиане - теперешнее бедуины, ливийский разбойничий народ, живший на юг и на запад от Египта; этих варваров опасались даже римские императоры, так что Диоклетиан старался обеспечить себя от них деньгами и уступкою земель.

святитель Димитрий Ростовский

3. Преподобный Иларий, епископ Пиктавийский (Пуатьеский).

почитается Греческой и Румынской Церквями

     Пламенный борец с арианской ересью на Западе. Много пострадал за защиту Православия. Написал немало сочинений, из которых самое важное - трактат о Святой Троице. Упокоился в Господе в 362 году.

4. Равноапостольная Нина, просветительница Грузии.

     Родственница святого великомученика Георгия и святителя Ювеналия, патриарха Иерусалимского. После того как ее отец и мать, знатные каппадокийцы, приняли монашество, она воспитывалась под надзором святого патриарха Ювеналия. Услышав о грузинском народе, девица Нина с малых лет желала отправиться в Грузию (Иверию), чтобы просветить грузин светом Христовой веры [в серб. букв:, крестить грузин. - Ред.]. Явилась ей Пресвятая Богородица и обещала отвести в ту страну. Когда Господь отверз ей путь, юная Нина и вправду отправилась в Иверию, где за короткое время стяжала большую любовь народа. Ей удалось обратить ко Христу грузинского царя Мириана, его супругу Нану и их сына Бакара (Бекара), которые после крещения ревностно помогали ее миссионерским трудам. За время своей жизни св. Нина сумела обойти всю Грузию и в целом перевести весь народ в веру Христову. Происходило это как раз в эпоху страшного гонения на христиан, воздвигнутого императором Диоклетианом.

     Упокоилась она от многих своих трудов и преставилась в Господе в 335 году. Ее гробница находится в Самтаврском храме. [Святая Нина] совершала много чудес и во время жизни, и по смерти.

5. Стихотворение

Дева прекрасная, Нина благородная,
По Промыслу стала Апостолам сродная.
И, презрев гонения Диоклетиана,
Крестом окрестила царя Мириана,
И Нану-супругу, и Бекара-сына,
За ними следом - каждого грузина.
Всех их окрестила крестом Бога славного,
Нина благородная, Апостолам равная.
С детства она Бога молила безмерно
Чтоб цветущей ниве Христа возвестить;
Подал ей Господь по молитве усердной:
Дал ей всю Иверию во славу крестить.
Воссиял Честной Крест в руце святой Нины
Там, где он всехвально блистает и ныне
В Грузии кроткой, что Нины рука
Благословила на вечные века.
Там и сегодня она почивает,
В храме Господнем дивно сияет.
Славят народы, славят окрест
Нину святую и Господень Крест.

6. Рассуждение

святитель Николай Сербский Охридский Пролог

     Если для тебя догматы веры иногда покажутся [слишком] твердой пищей, то постарайся сначала исполнить догматы христианской нравственности - и тебе откроется разумение догматов веры. Пытливое исследование высоких предметов без трудов по исправлению своей жизни не приносит никакой пользы.

     Однажды египетские монахи рассуждали о Мелхиседеке и, не будучи в состоянии прийти к ясному осознанию загадочной личности сего древнего царя и первосвященника, пригласили на свое собрание авву Коприя и предложили ему этот вопрос. В ответ на это авва Коприй трижды ударил себя по устам и сказал:
«Увы тебе, Коприй! Оставил ты то, что повелел тебе Бог, исследуешь же то, чего Бог от тебя не [потребует».
Услышав это, монахи постыдились и разошлись.

     Святой Златоуст пишет:

«Если и блюдем мы правые догматы, но не заботимся о благонравии, то не будем иметь никакого плода. Точно так же если заботимся о благонравии, но пренебрегаем истинными догматами, [то] не стяжем ничего полезного для нашего спасения. Если хотим мы избежать геенны и приобрести Царство, то надлежит нам украситься с обеих сторон: и правотой догматов, и честностью жизни».

7. Созерцание

Спас Пантократор

икона «Спас Всемилостивый» ("Спас Смоленский"); происходит из иконостаса церкви - предшественницы нынешней церкви Покрова Пресвятой Богородицы Кижского погоста; Россия, Республика Карелия, Медвежьегорский район, остров Кижи; вторая половина XVI в.

     Да созерцаю милосердие Господа Иисуса, а именно:
1) [Его милосердие] к [людям] грешным и больным;
2) [Его милосердие] к народу, который был [рассеян и] смущен, как стадо без пастыря;
3) [Его милосердие] к человеческому роду в целом, ради которого Он предал Себя на распятие.


(Прим. - Ред.)

Иконография: икона «Спас Всемилостивый»

"Церковь Покрова Пресвятой Богородицы Кижского погоста построена в 1694 г. Существующий ее четырехрядный тябловый иконостас в основном укомплектован иконами, написанными около 1697 г. Ныне в его состав входит происходящая из этой же Покровской церкви икона Спаса Всемилостивого или Спаса Смоленского, отнесенная к концу XVI в. О ней и пойдет здесь речь.
В. Г. Платонов, отмечая связь образа Спаса Смоленского с идеей защиты русской земли, интерес к этой теме в Обонежье на рубеже XVI–XVII вв. объясняет нападением иноземных (шведских и польсколитовских) отрядов, во время одного из которых, по преданию, вражеской стрелой была повреждена находившаяся в Преображенской церкви на острове Кижи икона Всемилостивого Спаса («Белого Спаса»).
По описям XIX в. она уже значится в Покровской церкви, а в главной – ее копия, свидетельствующая о почитании старой иконы. Исследователь обратил внимание на то, что в описании Преображенской церкви в писцовой книге 1628–1629 гг. не упоминается икона Всемилостивого Спаса, а зафиксирована лишь икона Спаса Вседержителя, стоявшая в местном ряду на третьем месте слева от Царских врат. И, как пишет далее автор статьи, «“Спас Смоленский” по стилистике отличается от рассмотренных (им. – В. П.) икон. Для этого произведения характерен жесткий, графически заостренный рисунок, орнаментальность в исполнении горок, контуров одежд. Икона создана, вероятно, в одном из северных центров, где была известна эта сравнительно новая иконография». И здесь же несколько ранее замечено, что «О северном происхождении иконы может свидетельствовать, в частности, то, что к стопам Спаса припадают преподобные Варлаам Хутынский и Александр Свирский, тогда как на среднерусских иконах вместо последнего изображался Сергий Радонежский. По трактовке деталей этот памятник близок к иконе из Сийского иконописного подлинника».
Все приведенные сведения представляются весьма существенными, а высказанные суждения – убедительными, объясняющими причины иконографического и стилистического своеобразия произведения. Они не оставляют места для дискуссий, но вместе с тем и не исключают продолжение стр. 94наблюдений, касающихся характерных черт памятника, иконографический образ которого нельзя отнести к числу популярных на Русском Севере. По-видимому, для его появления существовали конкретные причины.
Кижская икона размером 87,0 х 65,0 см состоит из трех березовых тесаных и строганых досок толщиной 2,5 см, соединенных 2 врезными правосторонними шпонками; с ковчегом и паволокой, на которую нанесен белый плотный левкас. Материалом для северных икон в основном служили сосновые доски, что, в частности, подтверждают и сохранившиеся на острове Кижи произведения. Иногда употребляются для этой цели также еловые доски, главным образом в конце XVII в. Лишь на рубеже ХѴІІІ-ХІХ вв. наблюдается использование различных пород дерева, в том числе и березовых, но уже пиленых и строганых досок с иного типа шпонками. Все это позволяет предположить, что икона привезена издалека, но откуда именно? Основная масса икон выполнена на липовых досках, меньше – на сосновых, а березовые практически почти не применяли, за исключением отдельных случаев. Живопись ориентирована на подражание элитарному образцу.
В центре описываемой иконы крупная фигура стоящего в рост Христа, благословляющего отведенной в сторону и опущенной книзу правой рукой, держащего в левой раскрытое Евангелие, с припадающими к стопам преподобными Варлаамом Хутынским и Александром Свирским, а также с парящими по сторонам вверху коленопреклоненными архангелами Михаилом и Гавриилом. На полях иконы, на уровне двух последних изображений, приписные фигуры святителя, а также святых Параскевы Пятницы, и еще двух мучениц, из которых одна в императорской одежде. Сопроводительные надписи с трудом поддаются прочтению.
Основа композиционной схемы, предполагающая изображение Христа с припадающими, восходит к иконографии явления воскресшего Христа женам, что справедливо было отмечено И. Л. Бусевой–Давыдовой. Ее интерпретация на русской почве приводит к созданию образа Спаса Смоленского или Спаса Всемилостивого, написанного после взятия Смоленска в 1514 г. и помещенного над Фроловскими воротами Московского Кремля. На осмысление этого исторического события оказало еще воздействие видение слепой старицы кремлевского Вознесенского монастыря в 1521 г., когда к Москве подошли крымские татары Махмет–Гирея: представилось, что через Фроловские ворота выходят из Кремля митрополиты Петр, Алексий и Иона Московские с епископом Леонтием Ростовским, выносящие икону Владимирской Богоматери и «прочие святыни», но их здесь встречают преподобные Сергий Радонежский и Варлаам Хутынский и, припав к ногам, умоляют не оставлять своей паствы. Тронутые просьбой преподобных, святители после соборной молитвы вернулись в Кремль. Махмет–Гирей со своим войском ушел без боя. Известно также, что хан не думал брать Москву приступом и не имел для этого средств, и соглашался немедленно удалиться, получив письменное обязательство о выплате ему великим князем дани. Такое обязательство ему было дано, и хан отступил к Рязани, но, не сумев взять ее хитростью, ушел.
Классическим образцом иконографии Спаса Смоленского можно считать средник иконы в окружении клейм с изображениями евангельских притч и проповедей на иконе 1550–1560–х гг. в Благовещенском соборе Московского Кремля. Композиция здесь отличается более свободным расположением фигур, а изображение Христа – жестом благословляющей правой руки. У его ног припадающие преподобные Сергий Радонежский и Варлаам Хутынский, наиболее почитаемые в Москве и Новгороде. Горный пейзаж со скалистыми уступами, на фоне которого представлены русские подвижники, суров и лишен какой–либо растительности, в отличие от описываемой иконы в Кижах. Для того чтобы этот иконографический образ оказался в центре иконы со сложной иконографической программой, предназначенной для придворного храма московского царя, он должен был получить распространение в русской столице. Следовательно, начальный этап формирования, не отраженный в сохранившихся произведениях, скорее всего, приходится на предшествующие десятилетия, на вторую четверть XVI в.
Иконография Спаса Всемилостивого или Спаса Смоленского вскоре оказалась унифицирована вследствие замены припадающих к стопам Христа, прежде всего Зосимой и Савватием Соловецкими, о чем свидетельствует гравированное изображение на серебряном кресте из Соловецкого монастыря, датируемом 1560–1561 гг. Отражение этого варианта в ряде случаев можно отметить в иконах ХѴІІ-ХѴШ вв. Поскольку на иконе в Кижах Варлаама Хутынского изобразили вместе с Александром Свирским, логично предположить, что ее происхождение могло быть связано с Обонежской пятиной Новгорода, в которой на реке Свирь основан преподобным Александром Свято–Троицкий монастырь, может быть, даже по заказу лица, тесно связанного с монастырем, в котором иконописание прослеживается с XVI в. Если становление иконографии Варлаама Хутынского проходило постепенно, то облик Александра Свирского был запечатлен в иконописи уже вскоре после его кончины, относящейся к 30 августа 1533 г. Ко времени написания рассматриваемой иконы даже успели появиться их идеальные иконописные образы.
При отсутствии оригинала, находящегося в основе иконографической схемы, трудно говорить о каких–либо отступлениях от него. Можно лишь утверждать, что он был явно более элитарного художественного уровня, и, следовательно, здесь подвергнут определенным упрощениям в рисунке и моделировке объемов, для передачи которых иконописец активно вводит графический элемент. Особенно это заметно в трактовке складок хитона Христа. Более удачно он воспроизводит живописные складки гиматия, кажущегося тяжелым на почти прозрачной фигуре. Если более близка к утраченному оригиналу икона Благовещенского собора Московского Кремля, то соответственно увеличены по отношению к центральной фигуре изображения архангелов и преподобных. И, можно повторить, появился мотив процветшей пустыни: на каменных горках возникла растительность, оживившая удручающе–суровые скалы. Изменены и позы архангелов, вместо движения появился мотив предстояния, поскольку они держат зерцала с монограммами Христа. Иной текст помещен на страницах раскрытого Евангелия. Вместо цитированного евангельского текста от Марка (IX, 23) здесь приведен более распространенный в русской иконописи текст Евангелия от Иоанна (ѴІІ,24) и от Матфея (VII, 1). В русской иконописи XVI в. он обычно сопровождает изображение Спаса в силах.
Прослеживая иконографию кижской иконы, следует также обратить внимание на миниатюрные приписные фигуры святых на полях: их всего четыре. В русской иконописи они известны уже на рубеже ХII-ХIII вв., но исключительно фронтальные, как и на краснофонной иконе второй половины XIII – начала XIV в. Подражая византийскому ювелирному окладу эпохи Палеологов, в последние десятилетия XV в. в Москве появляются иконы, широкое обрамление которых заполнено полуфигурными и в рост изображениями святых. И только примерно с середины XVI в. становятся известными случаи помещения на узких полях икон изображений святых в рост, в трехчетвертном повороте, в моленной позе. Один из них связан с выносной двусторонней иконой из Успенского собора в Великом Устюге, с изображениями Богоматери Одигитрии и Богоявления, датируемой около 1558 г., второй – с иконой Богоматери Владимирской из Спасо–Преображенского собора Спасского монастыря в Ярославле, 1564 г. Но, судя по иконе святителя Алексия, митрополита Московского, из церкви Воскресения села Остров Гаврило–Ямского района Ярославской области, датируемой стр. 99последней третью XVI в., к указанному времени возвращается обычай прямолично представлять на полях икон святых. В пользу этого наблюдения свидетельствует датированная 1599 г. икона Богоматери Одигитрии из церкви Архангела Михаила села Михайловское Любимского района Ярославской области. В XVII в. встречаются оба варианта приписных фигур. Если приведенный небольшой перечень икон может претендовать на роль хронологического ориентира, то анализируемую икону Спаса Всемилостивого, не выводя за пределы второй половины XVI в., скорее следует приблизить к 1560–м гг.
Не противоречит ли этому художественный стиль иконы? Принадлежность перечисленных икон к одной эпохе не вызывает сомнений, хотя есть отличия, обусловленные характером образцов и индивидуальными манерами мастеров. Спокойная цветовая гамма кижского произведения, правда, несколько нарушается введением локальных пятен яркой киновари и плотного сине–оловянистого тона гиматия Христа. При всех очевидных особенностях, свойственных каждому памятнику, трудно не заметить черты общности, сближающие стиль иконы с живописными клеймами широко известных Царских врат из собора Богоявленского Авраамиева монастыря в Ростове, выполненных иноком Исайей в 1562 г. Их мастера принадлежали к одному художественному течению, определившему характер русской иконографии третьей четверти XVI в. в целом. Искусство провинциальное, но при этом вполне профессиональное, не примитивное. Местные школы русской живописи XVI в., как известно, подчинены традициям московской живописи, особенности проявляются преимущественно в позах, движениях, поворотах, жестах фигур, а также в красочной гамме. Здесь, в сущности, нет проявлений подобных тенденций и лишь заметны некоторые трудности в воспроизведении изысканного образца, отличавшего творчество столичных мастеров.
Икона Спаса Всемилостивого Покровской церкви Кижского погоста, как и уже упомянутые иконы Богоматери в Великом Устюге и в Ярославле, изначально не предназначена для помещения в иконостасе, выполнена по частному заказу как моленная, что подтверждается включением в ее иконографическую программу приписных фигур святых на полях, скорее всего патрональных заказчика и членов его семьи. Отсюда особенность их состава, не ограниченная наиболее почитаемыми. Утрата левкаса и красочного слоя слева вверху привела к тому, что уцелела лишь нижняя часть фигуры святителя, облаченного в белую фелонь–полиставрий. На полях ярославской иконы, датированной 1564 г., подобным образом представлен святитель Афанасий Александрийский, соименный московскому митрополиту Афанасию (1564–1566). Ниже изображена в темном хитоне и красном мафории великомученица Параскева Пятница. Справа помещены фигуры Татианы (?) как императрицы и Марфы в киноварном хитоне и темно–зеленом мафории. Отождествить последнюю с одной из святых столь же затруднительно, как и объяснить причины изображения Татианы в императорской одежде. Впрочем, это в данном случае не имеет никакого значения, поскольку нет сведений для выявления семейства, представитель которого мог заказать икону. Так же трудно определить, он ли или кто–то из его потомков принес этот образ на остров Кижи.
Празднование Спасу Всемилостивому, приуроченное к 1 августа, установлено на Руси вскоре после 1164 г., в память о победе над волжскими болгарами. Но только вряд ли оно было отмечено отдельным иконографическим образом, до возникновения рассмотренной композиции московского происхождения. Икона, оказавшаяся на острове Кижи, в соответствии с изложенными наблюдениями, скорее всего, написана в 1560–е гг., возможно, в пределах Обонежской пятины Новгорода, под воздействием столичного образца. Дальнейшая ее судьба оказалась тесно связанной с Русским Севером, конкретно – с Кижским погостом."

источник:Пуцко В.Г. (г.Калуга) Икона Спаса Всемилостивого в Покровской церкви на острове Кижи Кижский вестник; Выпуск 15. Карельский научный центр РАН. Петрозаводск. 2015


8. Проповедь о созерцании невидимого мира.

толкование Нового Завета второе послание к Коринфянам святого апостола Павла
"не смотря́ющымъ на́мъ ви́димыхъ, но неви́димыхъ: ви́димая бо вре́менна, неви́димая же вѣ́чна."
"не смотрsющымъ нaмъ ви1димыхъ, но неви1димыхъ: ви6димаz бо вре1мєнна, неви6димаz же вBчна."
"когда мы смотрим не на видимое, но на невидимое: ибо видимое временно, а невидимое вечно."
(2 Кор. 4:18)

     Видим мы этот мир, вещественный и преходящий, но взираем и на мир оный, духовный и бессмертный.

     Видим мы земное веселье, нередко прерываемое плачем и воздыханиями и, в конце концов, всегда оканчивающееся смертью, но взираем и на радость духовную, обитающую среди Ангелов и Божиих святых на небесах, на радость непрерывную и вечную.

     Видим мы страдания и неудачи праведников в этой жизни, но взираем и на их славу и торжество в мире оном.

     Видим мы завидные успехи, и славу, и почет грешников в этой жизни, но взираем и на их поражение, осуждение и неизреченную муку в вечности.

     Видим мы Церковь Божию, часто в мире сем унижаемую и гонимую, но зрим и ее окончательную победу над всеми противниками и супостатами, видимыми и невидимыми.

     Видим мы, братья, что в мире сем нередко властвуют и наслаждаются богатством насильники и грабители, тогда как святые в нем нищи, и угнетены, и забыты, но созерцаем и другое Царство, в котором править будут именно [все] святые без единого - [и вправду] без единого - насильника и грабителя: Царство Божие, вечно безгрешное и бессмертное.

     О Господи долготерпеливый и многомилостивый, отверзи нам духовные очи, дабы видели они то, что ожидает нас после этой кратковременной жизни и дабы потрудились мы исполнить закон Твой. Тебе слава и [по]хвала вовеки. Аминь.


Создание и сопровождение сайта:   Студия AleGrans.ru